- 02 октября 2024 22:36
- Новость
«Я хочу вырвать у него сердце»: на SibLegalWeek в Новосибирске объяснили малое число мировых соглашений в судах
Лента новостей
Судьи и юристы считают, что одна из основных причин – принципиальное нежелание сторон договариваться
фото: "Юсконсалт"
В Новосибирске началась Сибирская юридическая неделя (SibLegalWeek). 2 октября в региональном правительстве состоялось пленарная сессия, тема которой была сформулирована так: «Государство, право, бизнес, личность - соотношение публичных и частных интересов. Частное и публичное - синергия или борьба?». Одним из вопросов сессии стало обсуждение практик медиации и мировых соглашений. BFM-Новосибирск приводит самые яркие цитаты участников дискуссии, отвечающие на вопрос, почему в России судебные процессы редко заканчиваются мировыми соглашениями.
«К моему большому, сожалению, тема судебных примирителей практически сходит на нет. Я думаю, что это неправильно, – председатель Арбитражного суда Новосибирской области Елена Козлова. – Судебные примирители оказывают лицам участвующих в деле, бесплатную юридическую помощь. В нашем суде немного дел, которые были рассмотрены с их помощью. Был год, когда таких дел было 15. В этом году было три дела с участием судебных примирителей. Стоит вопрос о расширении списка судебных примирителей, потому что пять лет уже прошло с момента утверждения их утверждения.
К сожалению, в арбитражной системе как раз юристы, адвокаты зачастую категорически не только против привлечения к участию судебных примирителей, а зачастую против мировых соглашений, вот, где суд прикладывает очень много усилий для того, чтобы стороны привести к мировому соглашению. И тут упирается юрист. Помните этот анекдот, когда папа говорит сыну: папа, ты 20 лет рассматривал дело, а я его за одно заседание рассмотрел, пока ты был в отпуске. И папа в ответ: сынок, 20 лет наша семья жила за счет вот этого процесса, а теперь как мы жить будем? К сожалению, это очень жизненная ситуация».
«У нас в Арбитражном суде Челябинской области аналогичная ситуация. Институт судебных примирителей нужен. Я надеюсь, он, соответственно, заработает сейчас, когда госпошлины выросли, и лучше договориться, чем, лишний раз обратиться в суд. – говорит судья Арбитражного суда Челябинской области Елена Михайлова. – Я могу сказать, что заключается очень мало мировых соглашений. За всю историю нашего суда у нас заключено только два медиативных соглашения. Это при том, что мы работаем со сторонами, разъясняем. То есть суд и в банкротстве предлагает мировое соглашение, причем даже по сделкам, по субсидиарной ответственности, когда готовы компенсировать конкурсную массу. И представители сторон говорят: «Мы вообще-то потом за судебными расходами придем. Нам мировое соглашение неинтересно, уважаемый суд».
«Сбер на протяжении ряда лет развивает процедуры медиации. Причем большая часть медиации у нас заключается на досудебной стадии, – директор юридического Управления Сибирского банка Сбербанка Юлия Воронина. – Чем руководствуются наши партнеры, контрагенты Сбера, когда рады заключить такое медиативное соглашение? Конфиденциальностью. Досудебная медиация дает возможность сохранить конфиденциальность вот этого соглашения между сторонами, его условий, суммы, стороны и так далее, потому что это не будет опубликовано нигде. Если же переходить к судебной медиации, к мировому соглашению, то вопрос в том, возможна ли такая конфиденциальность.
Например, одна из ситуаций, которая недавно произошла безотносительно к сторонам, безотносительно к региону, безотносительно к какому-то конкретному суду. Стороны, гражданин и юридическое лицо, пришли в судебном заседании к соглашению к мировому и заключили такое соглашение, по которому юридическое лицо выплатила определенную сумму гражданину. Мы все с вами знаем, что и в арбитражном кодексе, и в гражданском, гражданско-процессуальном кодексе, у нас есть пункты, статьи о том, что суд всячески способствует примирительным процедурам и заключению мирового соглашения между сторонами. Особо подчеркивается конфиденциальность условий, различных обстоятельств, информации, которая стала доступна сторонам при обсуждении и формировании условий мирового соглашения, ну и впоследствии самих условий мирового соглашения. И вот стороны заключают мировое соглашение.
Буквально в течение пары суток на сайте суда появляется новость: стороны заключили мировое соглашение, такую-то сумму выплатили. При этом в мировом соглашении был пункт о том, что стороны обязуются соблюдать конфиденциальность. Но стороны и соблюдали конфиденциальность. Это суд публиковал новость, которую подхватили в СМИ и стали везде публиковать, и обращения сторон к председателю данного суда в судебный департамент натолкнулись на вполне законный аргумент: стороны обязаны соблюдать конфиденциальность, медиаторы обязаны ее соблюдать, присутствующие лица, участвующие в деле, обязаны ее соблюдать, но суд, в общем-то, ее соблюдать не обязан. В дальнейшем вот эти стороны, чьи условия мирового соглашения стали всем доступны в новостях на сайте суда, они в будущем будут ли заключать мировое соглашение? Будут ли применять медиацию в судебной стадии? Или же, предприняв какие-то попытки на досудебной стадии тогда когда дело перешло уже в судебную, они скажут: как в анекдоте, умерла так умерла, теперь уже пойдем до конца».
«Да, конечно, есть некий перекос, но между принципом публичности и конфиденциальностью, в данном случае государство придерживается принципа публичности. Поэтому вот так интересно и получается, – считает вице-президент, член Совета Федеральной палаты адвокатов РФ Елена Авакян. – Хотя я согласна, что, наверное, должны быть какие-то оговорки относительно объемы раскрытия информации. Одно дело сообщить, что стороны завершили дело миром, а другое дело раскрыть подробности этого мирового соглашения. Но вы знаете, вот очень интересный аспект, вы затронули, и я вот судьи затронули этот аспект. Сегодня очень высока степень конфликтности в обществе. Дело не в том, что на мировых соглашениях препятствуют адвокаты. Дело в том, что каждый второй приходящий к тебе доверитель говорит не о том, что хочет урегулировать конфликт. Он говорит: «Я хочу вырвать у него сердце и мне не важно чем закончится, я жажду отмщения, потому что меня обидели. Когда-то давным-давно я общалась со старым, на тот момент уже лет 30 практикующим солиситором английским (категория адвокатов в Великобритании – прим. ред.), и он сказал, что в его жизни было три печали – они три раза оказался в суде. Он считает, что это его поражение. Потому что задача солиситора – урегулировать дело до суда. Когда ты передал дело в суд, за спиной процесса остается выжженная земля, когда ты договорился, отношения сохранились. Вот эта конфликтность, это нежелание договариваться являются причиной того, что наше общество настроено вот на такое решение дела в суде. И я думаю, что не увеличенные пошлины могут привести к погашению конфликтности, а все-таки развитие медиативных и иных институтов, которые помогают сторона урегулировать конфликт».
Сибирская юридическая неделя-2024 проходит в Новосибирске с 30 сентября по 5 октября. Участиее в ее работе принимают представители ведущих юридических компаний страны.
поделиться
поделиться
Рекомендуем:
Популярное
От хулигана с Закаменки до народного гения: Сиб.фм публикует редкие кадры Александра Зацепина к 100-летию маэстро
Кто получит прибавку к пенсии с 1 апреля 2026 года
«Мир будет полыхать»: взгляд Жириновского на 2026 год — передел карты, крах НАТО и возвращение Трампа
Юлия Пересильд исполнила песню Александра Зацепина на юбилейном концерте композитора из Новосибирска
Новая пенсионная реформа 2026 — возраст выхода на пенсию снова корректируют
Последние новости