Понедельник, 17 июня 2024

ЦБ

$ 89.02

95.74

BRENT

$ 83.20

/

7406

RTS

1127.97

16+

+16

  • 26 мая 2024 08:45
  • Новость

Новосибирским туристам рассказали о шансах встретить снежного барса на Алтае


Лента новостей

Путешественники покупают специальные туры, в которые входит проверка фотоловушек, установленных в местах обитания одной из самых редких кошек планеты

фото Алексея Кужлекова, предоставлено Национальный парком «Сайлюгемский»

26 мая отмечается День снежного барса на Алтае. Этот экологический праздник был учрежден 15 лет назад, чтобы привлечь внимание людей к угрозе исчезновения ирбисов. Крупнейшая в России группировка снежных барсов обитает на Алтае. BFM-Новосибирск поговорил с директором национального парка «Сайлюгемский» Денисом Маликовым, территория которого находится в границах ареала редкой кошки, и куда приезжают туристы в надежде ее увидеть. 

фото с сайта Национального парка «Сайлюгемский»

– Денис Григорьевич, какова сейчас численность снежного барса на Алтае?

– Согласно последним данным, на территории республики Алтай обитает 54 особи. В 2022 году было 44. Изменения позитивные, но мы о них говорим с очень осторожным оптимизмом. Вид по-прежнему считается вымирающим. 

– 54 действительно совсем немного. Можно ли сказать, что сотрудники национального парка знают каждого снежного барса? 

– Да, 54 это только те снежные барсы, которых мы идентифицировали. Мы свою работу настроили так, о численности судим только по фотографиям и видео, снятым с помощью фотоловушек. Следы тоже отмечаем и фиксируем, но основные данные именно по полученным изображениям. И, конечно, кошек узнаём в лицо, можно так сказать. Каждому снежному барсу даём кличку, делаем паспорт. 

– Какой снежный барс у вас самый возрастной? Кого знаете долго? 

– Таких у нас несколько. Например, есть самка Ю-1, которую волонтеры переименовали в Юту. Мы наблюдаем за ней с 2016 года, то есть уже 8 лет. Есть самец Ю-7, которого мы знаем уже 7 лет. Есть самка Чаганка, которую мы наблюдаем с 2016 года. Это первая особ, которая поселилась на хребте Сайлюгем и начала давать там потомство. Она и сейчас там живет. И мы знаем несколько поколений ее котят. 

фото с сайта Национального парка «Сайлюгемский»

– Судьбу всех котят можно отследить? 

– Нет, далеко не всегда это получается. К концу второго года жизни котят самка отгоняет их от себя, они начинают жить самостоятельной жизнью. И очень-очень редко их участок находится рядом с материнским. Молодежь расселяется на большие расстояния, на новые участки. У нас сейчас появились данные от местных жителей, которые указывают на то, что сейчас снежный барс в республике Алтай регистрируется гораздо ниже – в районах, где мы его раньше вообще никогда не видели. Свидетельства пришли из нескольких места. Чуть ли не у Семинского перевала недавно видели снежного барса. Видео, правда, прислали не очень хорошего качества. Так что полностью нельзя быть уверенным. Еще недавно пришли данные из района Чуй-Оозы. Там тоже видели барса. 

– То, что барс спускается ниже, как нужно расценивать? Это тревожный или хороший знак? 

– Это говорит о том, что мы на правильном пути – увеличивается количество животных. Кошки же ходят сами по себе. Им нужны большие индивидуальные участки. И поэтому они так их и занимают, расселяются.  

фото с сайта Национального парка «Сайлюгемский»

– На территории Национального парка «Сайлюгемский» проходят туры, в которые входят проверки фотоловушек, который снимают в том числе снежных барсов. То есть туристы идут на участки этих кошек. Это не несет рисков для животных? Как регулируются туристические потоки?  

– Это большой и важный вопрос.  Да, мы потоки регулируем. Сейчас Министерством природных ресурсов разработана методика по вычислению о том, сколько же на конкретной территории допустимо человек, нормы нагрузки на эту территорию. Соответственно, с ними сейчас каждая ОПТ будет работать. Я все время повторяю, и наверное еще раз повторю, что турпоток на Алтай неизбежен, он будет расти. Это данность. Но эти потоки надо регулировать и у нас эта возможность есть. У нас все передвигаются в сопровождении, и по определенным дорогам и тропам.  Да, там есть индивидуальные участки снежных барсов. Но это организовано так: машина доезжает, до определенного места, потом мы идем пешком. Естественно, никто ничего не разбрасывает, никто никакую музыку не слушает, никто куда попало не бежит. Мы доходим до фотоловушки, проверяем ее. Например, осенью с большой долей вероятности можно обнаружить новые снимки снежного барса. Людям это очень нравится.

Но тут надо сказать, что когда мы везем и ведем людей до фотоловушки, мы погружаем их в тему, рассказываем о проблематике. Не все знают, что это редкий, вымирающий вид. Некоторые не знают, что он вообще есть в Кош-Агачском районе Республики Алтай. Люди думают, это кошка живет где-то в Непале, Китае, еще где-то. И мы подробно рассказываем людям о снежном барсе, о том, почему он исчезающий вид, кто ему угрожает, и как его спасти. И, знаете, такие разговоры и туры увеличивают число тех, кто хочет спасти эту прекрасную кошку. 

фото с сайта Национального парка «Сайлюгемский»

– Каковы у туриста шансы встретить снежного барса? 

– Шансы есть, но они невелики. Потому что у него такой камуфляж, что он который ложится на камни и абсолютно сливается с ними. Главная задача заметить, увидеть его. А это очень сложно сделать. Гораздо чаще снежный барс видит человека, чем человек барса. 

– Лично вы сколько раз видели снежного барса? 

– В Республике Алтая не видел ни разу, хотя работаю уже много лет. Только фотоловушки, следы жизнедеятельности, видео отрывистые – вот это видел. Но у нас есть сотрудники, которые очень активно ходят по горам, производят мониторинг, постоянно обслуживают фотоловушки. Они видели по нескольку раз. Даже для таких активных специалистов, которые в этой сфере работают, увидеть три раза снежного барса – это, наверное, рекорд.

– Вы сказали, что люди готовы участвовать в сохранении природной популяции снежного, когда понимают проблематику. Как может человек помочь, если он не эколог, не биолог, не инспектор и нет у него огромных сумм, чтобы стать спонсором какой-то программы? 

– Мы несколько вариантов предлагаем и все по возможностям. У нас есть волонтеры, мы их называем, ну по сути это вот такие вот помощники наши, которые от туризма перешли вот к проблематике и решили подключиться. Есть такие, кто ходит с нами в экспедициях. Такое тоже бывает. У нас есть несколько человек. Но поскольку это явно не для всех, потому что это трудно, очень трудно. Есть вариант, когда приезжают коллективами от какой-то организации, но понятно, что эти люди не смогут поучаствовать в экспедиции в полноценной. Они, бывает, приезжают к нам на кордон, на визит-центры и помогают нам по хозяйству. Им это нравится, а нам на пользу. Помогают тропы расчищать. В прошлом году помогли нам огородить его, то есть мы закупили материалы и силами вот таких волонтеров огородили. Если человек не имеет возможности вообще приехать, но он хочет чем-то помочь, то тоже есть варианты. Например, нам закупали снаряжение, которое мы применяем для исследования охраны снежного Барса. Это бинокли, расходные материалы, которые все время нужны. Электроника, фотоловушки, батарейки, полевая экипировка – в этом всегда есть необходимость. И мы с благодарностью принимаем любую помощь. 

поделиться

поделиться


Популярное